«Капричос» Гойи. Сатира художника…
К 280-летию со дня рождения (30 марта 1746 – 16 апреля 1828)
Испанский живописец и гравёр Франсиско Хосе де Гойя-и-Лусиентес – личность в высшей степени неординарная и загадочная. Многие тайны, связанные с его жизнью, остаются так и не разгаданными человечеством. И сегодня мы отмечаем 280 лет со дня его рождения.
Пожалуй, до него не было ни одного художника, осмелившегося в те годы, когда инквизиция сжигала на костре и подвергала другим карам не только ведьм, но и своих идейных врагов, тех, кто осмеливался сказать слово правды, неугодной высшим иерархам тогдашнего духовенства.
Одна из оплеух, «прилетевших» от Гойи по адресу представителей аристократии, чиновной знати и духовенства, в том числе заправилам инквизиции, была серия офортов «Капричос» («Причуды») – графических шедевров, в которых острейшая социальная сатира виртуозно завуалирована под флёром фантастики, гротеска, переплетающихся замысловатым образом с реальностью. Но умный зритель, дав себе труд поразмыслить над каждым из 80-ти рисунков, вошедших в серию, понимает: именно реальность была мишенью для сатирического бичевания. Необычность серии в том, что все рисунки снабжены авторскими комментариями. Иногда они помогают прояснить смысл изображённого, порой озадачивают, особенно при попытке быстро понять, что хотел донести до зрителей Гойя. А зачастую заставляют поразмыслить обстоятельно.
Афористичность некоторых комментариев невероятная. Ну вот хотя бы подпись к офорту 8, на котором изображено похищение женщины:
«Женщина, которая не умеет себя соблюсти, оказывается во власти первого встречного. А когда уже ничего не поделаешь, удивляется, что её похитили».
А к рисунку под номером 62, озаглавленному «Невероятно!», на котором две ведьмы мутузят друг друга, Гойя пишет комментарий, оканчивающийся словами:
«Дружба – дочь добродетели: злодеи могут быть сообщниками, но не друзьями».
Художник выходит уже за рамки изобразительного искусства, создавая вполне себе литературные тексты. Достаётся этой сатирической «дубиной о двух концах» и морально вырождающейся аристократии, и бездуховности, своекорыстию и чванству чиновничества, и не поддающейся объяснению кровожадности инквизиции, находящую пороки у кого угодно, но не замечающие их за собой. Офорты высмеивают самые разные язвы человеческой природы, среди которых алчность, невежество, скупость, зазнайство, граничащее с мошенничеством. Отдельное внимание художника – к моральным уродствам представительниц женской половины человечества. Гойя уверен: во многих своих бедах женщины виноваты сами. Он линчует распутство, лживость, вероломность и другие искривления.
Заслуженно досталось от Гойи и тем, кто занимает не своё место, принося не пользу, а вред, занимаясь не своим делом – в медицине, в различных видах искусства. Таких он, как правило, изобразил в образе ослов, обезьян или попугаев, которые то лечат бедолаг, то музицируют, то ораторствуют, обучая других тому, что не особо-то знают и сами.
Один из самых знаменитых офортов серии – № 43. Его название стало крылатой фразой: «Сон разума рождает чудовищ». При внимательном изучении рисунков и текстов этого удивительного набора офортов, который инквизиция, быстро спохватившись, не дала художнику продавать, как он планировал, приходишь к выводу, что ещё более страшных чудовищ, по мнению Гойи, рождает духовное уродство людей, сон души и сердца.
P. S. Если сможете найти, обязательно посмотрите художественный фильм «Гойя, или Тяжкий путь познания», снятый в 1971 году немецким кинорежиссёром Конрадом Вольфом по одноимённому роману Лиона Фейхтвангера. В картине роль Гойи блестяще исполнил Донатас Банионис, сумевший точно передать сложную и загадочную личность великого испанского художника, его не открытое, но всё же противостояние с инквизицией и попцтку своим творчеством изменить окружающую действительность к лучшему.
Геннадий Дубров,
фрагмент очерка «Мои герои»
понедельник, 30 марта 2026 года.